Новости

Это влечет критика к искажению действительности

Р. Соболев в помянутом своем выступлении о нерешенных задачах критики справедливо заметил, что не всякая социология вульгарна. Но дело тут, конечно, не сводится к простому отождествлению «вульгарности» с «бездарностью». Вульгарный социологизм, как и его обратная сторона, которую можно было бы назвать вульгарным эстетизмом (а есть у них в искусстве и в критике и братья-близнецы — скажем, вульгарный психологизм, вульгарный бытовизм и биографизм, вульгарное морализирование... — и далеко не всякие проявления их бездарны), основывается в художественной критике и вообще в искусствоведении на «принципе» спрямления, упрощения, схематизирования, то есть именно вульгаризации социальных (или, напротив, эстетических) закономерностей и связей искусства, отрицает (или, напротив, в своем эстетском «варианте» абсолютизирует) сложные относительно самостоятельные «внутренние» законы и связи его родового и индивидуального происхождения и развития. Что же на этом фоне может практически означать для критика-марксиста пожелание «стать социологом»? Думаю, это, строго говоря, не более чем напоминание о коренных его профессиональных задачах, диктуемых его положением и ролью в обществе и самой природой искусства как «предмета» его профессиональной деятельности.

В этом смысле утверждать особые преимущества «талантливого социологического анализа» перед (подчеркну) «каким-либо И н ы м» - не значит ли делать невольную уступку предположению, будто по-своему правомочна и художественная критика, чуждая социальным вопросам? Пожалуй, недаром для обозначения несоциологических способов критического подхода к художественным явлениям Р. Соболев все-таки воспользовался тут понятиями явно отрицательного свойства, говоря об «описательных или квазиэстетических методах анализа» (подчеркнуто снова мною), — истинно «социологическое» в художественной критике не может выступать как-то само по себе, вне подлинно «эстетического».

К примеру, по утверждению критика, «Забриски Пойнт» невозможно понять и оценить, «исходя лишь из эстетических критериев: ведь если тут «Антониони «стал хуже», то почему же «Забриски Пойнт» принят в штыки даже многими слывущими либеральными американскими критиками? Почему одна пз газет США без обиняков заявила, что «этого сукина сына надо пристрелить»? И критик прав: на все эти сугубо политические вопросы ответ надо искать именно в политике, и обойти их невозможно. Но разве вовсе бесплодны для суждения в целом о фильме «Забриски Пойнт», в том числе о политических аспектах его как произведения художественного, небезосновательные, по-моему, наблюдения «иных», подмечающих действительные изменения в прочно, казалось, сложившейся эстетической системе Антониони — режиссера и сценариста? Очевидно, Р. Соболев, сознающий наличие этих изменений (даже, мне кажется, несколько их преувеличивающий), вовсе не хочет сказать, будто постановка прямых политических вопросов в художественной критике бросает тень уже на самую возможность мысли о том, «хуже», или «лучше», или просто каким именно в плане эстетическом стал художник в данном своем произведении; будто, наконец, действительно глубокий социологический анализ произведения искусства не сам собою предполагается в художественной критике, если она имеет намерение быть таковой, а пользование критериями эстетическими, не органически вбирает их в себя, не сливает их в конечном счете воедино со всеми иными практическими жизненными критериями истины в искусстве!.. Можно быть заранее уверенным, что в случаях существенного разнобоя или взаимовытеснения этих критериев в конкретном художественном анализе любой из них, становясь подавляющим, в той или иной мере перестает служить истине, влечет критика к упрощениям, к искажению действительности, эстетической или реальной или даже той и другой разом. Подробное описание как играть на официальном сайте в онлайн казино смотрите тут по ссылке.

 


 

Все новости